Wine&Vine: отзывы и комментарии

В Drinks+ №3 2010г. было опубликовано открытое письмо-обращение Павла Швеца к украинским производителям вина, в котором он писал о наболевшем: вновь были озвучены необходимость контроля происхождения виноматериала, проблемы обезличенного продукта и потребности разделить вина на уровни по происхождению. На эти размышления откликнулись ведущие эксперты винного рынка. Их отзывы D+ публикует ниже.

 


Владимир Масленков, исполнительный директор ЗАО «Одессавинпром» (ТМ «Французский бульвар»):


Мне импонируют тезисы  Павла Швеца.  Они затрагивают «центральную нервную систему» нашей отрасли: классификацию вин и организацию винного рынка. Не все можно изменить в ближайшие годы, но реформы надо  начинать. Я вижу три проблемы, которые мешают национальному виноделию приблизиться к европейским стандартам.

Во-первых, у нас слишком мало виноградников, чтобы удовлетворить внутренний спрос на игристые, тихие вина и коньяки. По моим подсчетам, ресурс  сырьевой  базы должен составлять не менее 200тыс. га виноградников. Значит, в ближайшие годы не избежать импорта виноматериалов.

Во-вторых, исторически сложилось так, что многие  винодельческие предприятия располагаются за пределами виноградарских зон. Это не их вина, а беда всей отрасли, когда  экономические условия и правила не стимулируют  компании  либо  высаживать собственные виноградники, либо работать на долгосрочных контрактах с одними и теми же виноградарскими хозяйствами.

И, в-третьих, система классификации и стандартов заметно отстала от мировой.  Уважаемый Павел Швец основные предложения по реформам вносит именно по этому перечню проблем. Да, классификацию надо менять, основываясь на регионах выращивания винограда и технологиях его переработки. Но если завтра компании начнут просто указывать на этикетках вин географические названия (что уже делается) и новый термин, допустим, региональное вино, то вряд ли потребитель получит новое качество продукции. В полной или частичной мере почти во всех винодельческих странах используют принципы французской системы контроля вин по качеству и происхождению. Это не только своды определенных правил в отношении сортов винограда, районов  их выращивания и технологий изготовления вин. Прежде всего, под АОС подразумевают системы работы рынка вина, правила игры,  возможности  контроля со стороны общества и потребителей, гарантии  производителям винограда по сбыту и многое другое, что еще не практикуется на украинском рынке. Приступать к изменению стандартов и классификации необходимо. Но тут нельзя обойтись изменениями в одной узкой сфере, нужна продуманная и комплексная реформа взглядов на виноделие, как на обособленную от алкогольного рынка  специфическую среду пищевого производства.

Сегодня никто и ничто не удерживает производителя при оформлении продукции указывать полную информацию о происхождении вина. Правда, виноматериалом не могут называться соки плодовых культур, о которых упомянул Павел Швец, и зерновой спирт, запрещенный в европейском виноделии. Тем не менее, на полках супермаркетов достаточно много продукции сомнительного качества. По сути, это не вино, а представленный потребителю под его именем суррогатный продукт. Он существует, несмотря на количество контролирующих органов и обеспокоенный тон внутриотраслевых дискуссий.  Выход из такой ситуации позволит найти более цивилизованная культура  бизнеса и потребления вина. Для ее появления нужно осуществить целый комплекс мер реформирования отрасли

Например, стоит практиковать публичные оценки качества вин независимыми организациями, скажем, международными европейскими лабораториями, наподобие СиДЖиС. Предоставить им, как и потребительским обществам, делать публичные заявления о физико-химическом составе вин. Тогда эрзацпродукты  просто перестанут пользоваться спросом. А производители  поймут, что вино – это не водноспиртовая смесь, получаемая легким способом смешивания ингредиентов. Это природный материал, который рождается на виноградниках, и только инвестируя средства в расширение  площадей, можно увеличивать объемы производства вин. И тогда стоит говорить о классификации и других вещах, основанных на качестве лоз, почв, климата и районов.

 


Роберт Гулиев, владелец бренда «Вина Гулиевых»:

Павел  Швец высказал давно назревшие  идеи.  За них  борются многие профессионалы, понимая, что  нельзя создать новое украинское виноделие, не избавившись  от старого недуга обезличивания вин. Причем не только виноградник должен стать предметом идентификации, но и место, способы и специалисты, делающие продукт.  В данном случае я говорю не о теоретических выводах. Выходя  на рынок  со своим авторским вином, мы получили реакцию рынка на продукт подтвержденного происхождения и качества. Украинское вино вполне может конкурировать с мировыми  лидерами. Но только в том случае, если мы начнем жить по мировым правилам.

Сегодняшняя сырьевая база отрасли, если исключить из нее непригодные для производства вин сорта, составляет не более 30-40 тысяч гектаров. Почти в десять раз меньше, чем в Румынии и Турции, и в три раз меньше, чем в Молдове. Сопоставление  не в нашу пользу. Мы отстаем от соседей по Черноморскому региону в умении распоряжаться ресурсами. И причина проигрыша в нашей инерционной модели хозяйствования. В агросекторе  мы двадцать лет не меняем базовые принципы: стандарты и права собственности на землю.  Поэтому  наше виноделие плоть от плоти советское. Несмотря на успехи отдельных компаний на внутреннем рынке, мы продолжаем оставаться в мировой отрасли  островом невезения, где  не растет лоза.

Привязка вина к зонам виноградарства и конкретным географическим названиям, о которых говорит Павел Швец, осуществляется не только административными  методами. Это новый принцип формирования рынка. Почему во всем мире повышается стоимость земли, способной рождать выдающиеся вина? Потому что виноделы десятилетиями инвестируют в свои участки, в свои бренды интеллектуальные и финансовые ресурсы. За историей  выдающихся вин Франции  всегда стоит длинная цепь финансовых сделок с землей и виноградниками. Они  не раз переходили из рук в руки. От французских к американским, английским, испанским  семьям, но оставались в резерве французского виноделия  и с каждым годом только увеличивались  в цене. Таков реальный опыт землепользования, возникший на основе  гармоничного сочетания рыночных и административных методов управления ресурсами.

Природа  и климат создают уникальные земли, но золотыми их делают люди. Поэтому полностью поддерживая мысли, высказанные в журнале, я хочу лишь подчеркнуть фундаментальное значение проблемы. В степном Причерноморье, Крыму, в междуречье Днестра и Дуная, в закарпатских долинах есть множество зон, пригодных для производства великолепных вин. И в то же время их нет, потому что достоинства земли определяются не набором характеристик климата и почв, а винами. В них суммируются география, экономика и  личностные факторы.

 


Наталья Благополучная, руководитель школы сомелье «Мастер-класс»:

Этот больной для всей Украины вопрос наша школа сомелье поднимала и поднимает везде: в статьях, на каналах ТВ, пресс-конференциях и т.д. Конечно, нам обязательно нужно поменять общую классификацию вин. Во-первых, ввести новые наименования. Наприм ер, не только марочное вино со сроком выдержки в бочке не менее 1,5 лет, а просто «витримане», с указанием этого срока. И его производитель вправе устанавливать сам, а покупатель будет выбирать по принципу «цена-качество». Во-вторых, провести районирование сортов винограда с учетом почвы и климата каждого региона. Ведь высаживают все подряд, а что вырастет – никого не интересует. А потом пишут на этикетке название сорта, которого там и близко нет! В-третьих, провести переучет всех насаждений винограда и наконец-то знать точное количество гектаров, а не говорить приблизительно. Это даст возможность понять, сколько у кого и каких виноградников! В-четвертых, ввести понятие КНП – вино контролируемого наименования по происхождению. Тогда четко будет понятна разница, например, вин НПАО «Массандра» (у которой лучшие – все КНП!) и продукции тех производителей, кто сегодня не понимает значение понятия «терруара» для нашей страны. И, наконец (хотя я могу еще десяток предложений дать), создать РЕАЛЬНЫЙ и ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ контролирующий орган, может, по типу INAO (Франция), который смог бы все это воплотить в жизнь, а затем строго контролировать производителей.

 


Юлия Комарова, директор по маркетингу ТМ OREANDA:

Все очень грамотно и очень правильно, согласно европейской практике и культуре потребления вина. Но, к сожалению, корни проблемы довольно глубоки. В нашей стране большинство производителей работают еще по советским ГОСТам, а культура потребления вин требует интенсивного развития. Сначала необходимо переучить потребителя воспринимать вино как алкоголь, научить правильно его пить, наслаждаться напитком, а не выпивать бокал «залпом». Только потом, когда начнет формироваться спрос, нужно будет сформировать предложение. К этому времени к такой градации смогут подготовиться и производители.

Сегодня на украинском рынке 49% вина (в натуральном выражении) – крепленые, из них небольшой процент составляют марочные, а остальные являются «шмурдяком», который изготавливают не из виноматериала (винограда) путем брожения, а путем сбраживания сусла или мезги с добавлением к нему этилового спирта и сахара, что вообще запрещено в странах Европы.

20 мая акциз на крепленые вина увеличили с 50коп. до 2грн за 1л, за что мы благодарны правительству, так как акцизные ставки не увеличивались шесть лет (с 18.11.2004 г.). Мы за то, чтобы производители вина крепленого платили акциз, исходя из содержания спирта в вине, а не за литр готового напитка, т.к. они крепят вина не винным, а водочным спиртом (причем низкого качества), а акциз платят, как производители натуральных вин (за литр, а не за градус). И все же последнего увеличения акциза недостаточно, и мы будем поддерживать полноценное повышение, исходя из акцизных ставок на спирт для водочной отрасли.

 


Александр Сидоров, главный редактор алкогольного портала DrinkTime (www.drinktime.ru; Россия, г. Москва):

 

Проблема «бездомного» вина характерна не только для Украины, но и для других стран СНГ, включая Россию. Очевидно, что решать ее надо — если мы хотим в конечном счете иметь цивилизованный винный рынок и стимулировать развитие национального производства, если хотим иметь отечественное вино высокого качества.

Вопрос в другом – как именно это делать? Павел, как человек искренний и увлекающийся, предложил довольно романтичный путь. Но рассчитывать на то, что комментарии специалистов к его заметке сподвигнут сотрудников Министерства аграрной политики Украины (Министерства сельского хозяйства России и т.д.) создать специальную комиссию и пр., всерьез не приходится.

Реальная ситуация в Украине, как и в России, такова: на уровне людей или организаций, принимающих ответственные решения в области развития отечественного виноделия, нет никакого интереса к данной теме. Крупный бизнес отлично адаптировался к предложенным государством правилам игры и зарабатывает хорошие деньги, не нарушая законов. Ведь по закону разрешено не указывать на контрэтикетке происхождение виноматериала, только место розлива, которое автоматически становится местом производства вина. Кого волнует, что потребитель вводится в заблуждение? Крупный бизнес не заинтересован в перестройке устоявшегося порядка работы, а значит, отрасль лишена наиболее эффективных лоббистов.

По большому счету, эта проблема происхождения вина волнует только самих виноделов, да и то не всех. Следовательно, спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Это нормально.

Единственно возможный путь решения проблемы – принятие соответствующих инициатив снизу. В России уже есть подобного рода опыт. Например, «Фанагория» несколько лет назад запустила линейку Cru Lermont, информируя покупателей, что вино производится только из винограда с определенного участка, если угодно, уникальной микрозоны. Сейчас предприятие добилось права размещать на этикетках логотип «Вина Кубани – гордость России», пройдя, насколько мне известно, целую серию жестких экспертиз – и виноградников, и виноматериала, и вина.

Таким же региональным названием с достаточно строгими правилами производства можно считать «Вина Ведерников» Миллеровского винзавода. Есть и другие примеры.

Это хороший путь. Виноделы сами и без всякого принуждения устанавливают для себя довольно строгие ограничения, прекрасно понимая, что на первом этапе они не принесут ничего, кроме убытков. На мой взгляд, именно это, а не пресловутое следование ГОСТу, называется ответственностью производителя. В конце концов, потребитель это оценит. Я уж не говорю о том, что «вино из N-ой микрозоны» само по себе является прекрасной маркетинговой идеей. Эту тему можно (и нужно!) активно пиарить и продавать везде, где получится.

С другой стороны, при таком подходе со временем накапливается позитивный опыт, который значительно легче можно будет оформить законодательно. Опять же – сначала на региональном (этого уже вполне достаточно), а потом на государственном уровне (но не факт, что это потребуется). Для лоббирования соответствующих законов и нормативных актов заинтересованные в них производители неизбежно будут объединяться в консорциумы и союзы. Строго говоря, этот процесс уже идет.

Итак: 1) только инициатива снизу, причем, без всякой надежды на немедленную поддержку госструктур;

2) только долгая и кропотливая работа, не рассчитанная на быструю коммерческую отдачу;

3) только персональная ответственность производителя.

К Вам, Павел, это тоже относится.

 


 

 

 

 


На сайте есть материалы запрещенные к просмотру лицам младше 18 лет!